В последние годы служба на подводных лодках стала более безопасной — известий о катастрофах приходит меньше чем даже в первое десятилетие XXI века, не говоря уже о советском периоде.

Однако 2 июля 2019 года в Баренцевом море произошла серьёзная авария, в которой погиб экипаж гидронавтов-офицеров. И хотя причиной их гибели стал взрыв аккумуляторной батареи, всё началось с пожара. Это снова поставило вопросы о пожарной безопасности на борту, эффективных средствах пожаротушения и своевременной медицинской помощи пострадавшим.

Михаил Иванович Пискунов — заместитель начальника по медицинской части поликлиники города Петродворца ФГКУ «442 Военный клинический госпиталь» Минобороны России, полковник медицинской службы.

После окончания Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова в 1970-е годы был судовым врачом в экипажах подводных лодок. За действия по спасению жизни подводников во время пожара на К-19 в 1972 году награждён орденом «Красной звезды». В 1976 году на другой лодке оказывал помощь при выходе ракетного топлива в отсек. В 1980 г. был назначен флагманским врачом 19-й дивизии атомных подводных лодок стратегического назначения Северного флота.

С 1989 по 1998 год служил в Центре подготовки Минобороны России. Участвовал в научных исследованиях безопасности мореплавания и человеческого фактора, вопросов гигиены и физиологии труда корабельных специалистов, медико-физиологического обеспечения операторов высокоавтоматизированных систем управления ВМФ. После увольнения из вооружённых сил в 1999 году участвовал в создании военной поликлиники в Петергофе, где сейчас и работает.

Как действовать при пожаре на подводной лодке

Михаил Иванович Пискунов

Особенности пожаров на подводных лодках

Пожары на подводных лодках, как и в любых других замкнутых пространствах, имеют свои особенности. В большинстве случаев люди гибнут не из-за термических ожогов и высоких температур, а от отравления угарным газом. Это газ без цвета и запаха, поэтому, находясь даже в сильно загазованном помещении, этого можно не почувствовать.

Угарный газ — оксид углерода — вступает в реакцию с гемоглобином, от этого образуется карбоксигемоглобин. Он препятствует проникновению кислорода и фактически блокирует кровеносную систему. Как правило, патологоанатомы констатируют уже посмертное обгорание тел.

Смерть от отравления оксидом углерода занимает 2‒3-е место в списке смертельных интоксикаций в практике судебно-медицинской экспертизы. У большинства смертей обстоятельства бытовые: автомобиль с включённым двигателем в закрытом гараже, повышенное содержание этанола в крови. Гибель людей от угарного газа в промышленности, кроме подводных лодок, бывает на надводных кораблях, в закрытых шахтах, в вентилируемом водолазном снаряжении.

На лодках тушение пожаров осложняется конструкцией, специфика которой в следующем:

  • небольшой размер входных люков;
  • наличие в отсеках средств регенерации воздуха, боеприпасов и большого количества электрооборудования;
  • быстрое повышение температуры и скопление дыма;
  • возможность образования взрывоопасной концентрации водорода с воздухом в аккумуляторных отсеках и системах вентиляции;
  • ограниченность стационарных и переносных установок пожаротушения.

Часто выходит из строя система вентиляции, а найти источник возгорания в густом дыму сложно — может помочь только вентиляция через открытый люк, если лодка может всплыть. К отравлению оксидом углерода добавляется отравление парами жидких топливных компонентов и продуктами горения синтетических полимерных веществ:

  •  диоксидом углерода (углекислым газом);
  • цианистым водородом (HCN);
  •  хлористым водородом;
  • фторсодержащими соединениями;
  • оксидом азота;
  • фосгеном,
  • другими отравляющими веществами.

Наконец, существует «Руководство по борьбе за живучесть на подводных лодках» (РБЖ-ПЛ-82) — документ, который дополняет Корабельный устав Военно-морского флота. РБЖ-ПЛ-82 предписывает задраить переборки и бороться с огнём в своём отсеке подручными средствами. Покинуть отсек можно только после получения приказа, иначе это будет считаться дезертирством.

Какие средства пожаротушения есть на борту атомных подводных лодок

На АПЛ есть две системы пожаротушения: воздушно-пенная и лодочная объёмная химическая (ЛОХ).

Воздушно-пенная система нужна для тушения локальных очагов. Состоит из двух станций, которые размещены в концевых отсеках. Запас пенообразователя рассчитан на шестикратную перезарядку станции. От каждой станции можно подать пену через размещённые в каждом отсеке катушки со шлангами в любую точку на подлодке.

Объёмная химическая система предназначена для тушения пожара в объёме помещения (кроме пожаров порохов и боезапаса), её станции пожаротушения размещены во всех отсеках, за исключением реакторного. Реакторный отсек защищён отдельными станциями. Пуск системы ЛОХ возможен с центрального поста, откуда осуществляется общее управление лодкой. В качестве огнегасителя используется газ фреон.

Неотложная помощь при отравлении угарным газом и другими продуктами горения

Первая неотложная помощь при отравлениях включает следующие мероприятия:

  • восстановление дыхания и прекращение поступления яда в организм;
  • применение антидотов (кислород, ацизол, тиосульфат натрия, препараты кобальта, ацетилцистеин, аскорбиновая кислота и другие);
  • коррекция нарушений, вызванных ожоговым и другими видами шока;
  • восстановление кровообращения, нарушенных функций нервной системы и других органов;
  • предотвращение инфекционных осложнений;
  • профилактика развития токсического отёка лёгких.

Есть ли антидот от угарного газа

В 2006 году иркутские учёные совместно с фармакологами представили научную разработку, которая не имеет аналогов в мире, — антидот от угарного газа под названием ацизол. Препарат попал в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств (ЖНВЛС).

Его рекомендовали к применению на флоте, в МЧС, в горно-спасательных и шахтных работах. Но известий о закупках этого препарата ведомством спасателей нет. На Западе про разработку ничего не знают — в 2016 году учёные продолжали искать формулу антидота при отравлении оксидом углерода.

Пожары на АПЛ: действия врачей

С 1952 по 1989 год на дизельных подводных лодках произошло 94 пожара, на атомных подводных лодках — около 175 случаев. Оснащение флота ракетным оружием на жидком топливе и появление атомной энергии резко увеличило степень пожароопасности.

В 1970 году на атомной подводной лодке К-8, которая находилась на боевой службе, из-за короткого замыкания произошёл пожар в рубке гидроакустиков и одновременно в труднодоступном месте электротехнического отсека. Первое возгорание удалось быстро потушить с помощью системы воздушно-пенного тушения. Со вторым очагом справиться не удалось, пожар подбирался к реакторам в соседнем отсеке. Три офицера, пожертвовав жизнью, заглушили реактор. На обесточенной лодке многие были отравлены угарным газом, корабельный врач Арсений Соловей отдал свою изолирующую маску прооперированному мичману. Погибло 30 человек.

Первая советская атомная подводная лодка К-19 была в нескольких происшествиях, за что получила прозвище «Хиросима». После первой катастрофы в 1961 году, когда из-за аварии реактора 8 человек погибли, а экипаж получил серьёзную дозу облучения, лодка продолжила службу.

В 1972 году она вышла в боевой поход в Атлантику. 24 февраля при возвращении на базу на борту возник пожар из-за попадания масла на раскалённый фильтр системы очистки воздуха. Горение заметили не сразу, переборки задраили слишком поздно, угарный газ и дым стали распространяться по вентиляции. Погибли 28 человек, большинство — матросы срочной службы.

«Меня подняли на мостик. Там было человек пятьдесят, не могу точно сказать. Народ был в бессознательном состоянии, потому что у них было сильное отравление угарным газом. Я ползал между ними, колол камфору с кофеином. У многих были прикушены языки, они не могли дышать. Надо было действовать роторасширителем. Меня и сейчас спрашивают, почему я не испытывал то же, что и они. Но я помню, что мне было плохо, меня рвало. Кто-то делал мне искусственное дыхание не очень грамотно. Но я всё равно должен был оказывать помощь».

Как действовать при пожаре на подводной лодке

Из воспоминаний судового врача Михаила Ивановича Пискунова

7 апреля 1989 года в Норвежском море затонула К-278 «Комсомолец». Причину возгорания в седьмом отсеке установить не удалось. Во внутренний корпус субмарины стала быстро поступать вода, АПЛ получила крен и затонула на глубине больше 1500 метров. Погибли 42 человека. 30 человек удалось спасти — кто-то попал на спасательный надувной плот, кто-то дожидался помощи в ледяной воде.

«На „Комсомольце“ был врач Леонид Заяц. Он делал всем искусственное дыхание. После затопления лодки он тоже плавал рядом с плотом без гидрокостюма, но выжил. Врачу приходится действовать на аварийном объекте одному. Он находится в тех же условиях, что и пострадавшие. Не растеряться — это ерунда. Тут важно, какой у него диапазон человеческих возможностей — не знаний и умений, а именно запас прочности. Медицинскую службу на борту можно как угодно усиливать. Но это бесполезный номер — если происходит серьёзная авария, качественная медицинская помощь возможна только извне».

Как действовать при пожаре на подводной лодке

Из воспоминаний Михаила Ивановича Пискунова

Но не все пожары приводили к гибели экипажа и судна. В 1976 году на подводной лодке К-385 во время стрельб произошёл взрыв ракеты в шахте и начался выход окислителя ракетного топлива — амила.

«Это нашатырные соединения — лёгкие горят сразу. Надо обязательно быть в индивидуальной защите, в изолирующем противогазе. У нас был ИП-46М. Если в нём лежать, то можно 50 минут протянуть. А если работать, то 25. Мы это на подводной лодке К-19 вычислили. Мне не хотелось снова попадать в беду. А то, что дело идёт к аварийной ситуации, было понятно. Ракету грузили с нарушением технологии. Во время регламентных проверок техника давала сбои.

Тогда я пошёл вычислять матросов, которые по первому году служат. Но я не мог заставить этих мальчишек проверить свои ИП-46М, это не моя работа. Я попросил это сделать нашего замполита, Вадима Андреевича Донченко. Он участник ядерной аварии на подводной лодке К-27, ему тоже досталось. Он каждого вызвал: „Включайся! Дышишь? Не дышишь, снимай! Твой аппарат?“

Когда ракета действительно взорвалась, а там же гептил-амил, пошёл окислитель. Я помню этот жёлтый дым, у меня штаны горели. А я сидел в своей амбулатории и перезаряжал им противогазы с помощью ампул бертолетовой соли, пока они тушили пожар. И никто не погиб, и лодку удалось спасти. Она благополучно вернулась со стрельб».

Как действовать при пожаре на подводной лодке

Из воспоминаний судового врача Михаила Ивановича Пискунова

Что происходит в наши дни

В 10-е и 20-е годы XXI века пожаров на подводных лодках стало значительно меньше. За исключением единичных случаев, если они и происходят, то не во время боевой службы, а пока лодки стоят на ремонте в доках судостроительных заводов или готовятся к утилизации. Это тоже серьёзная проблема, которую надо решать, но люди там гибнут редко.

В подводных крейсерах последнего поколения проекта 955 «Борей» используются ракеты на твёрдом топливе, что снижает аварийность и делает службу подводников более безопасной. Там нет взрывной смеси несимметричного диметилгидразина в качестве топлива и тетраоксида диазота в качестве окислителя (того самого гептил-амила).К твёрдому топливу тоже есть вопросы: оно токсично для окружающей среды и человека. Но не в такой же мере, как жидкое топливо с гептилом в основе. Вещество признано крайне опасным для экологии и людей. Поиски новых малотоксичных видов топлива для военной и космической отраслей продолжаются.

Обсудите материал с коллегами в наших сообществах в соцсетях 
и подпишитесь на медиа, чтобы не пропустить свежие материалы.

  • Вконтакте
  • Telegram
  • Viber
  • Дзен

Данная статья носит не рекламный, а информационный характер. Существуют противопоказания к применению и использованию препаратов и медицинских процедур, которые фигурируют в тексте. Необходимо ознакомиться с инструкцией по применению препаратов и процедур и получить консультации специалистов.

Главный редактор материала Павел Хаснулин.